От Миннесоты до красных ковровых дорожек: насколько далеко зашла поляризация в США?

Основным поводом для разногласий становится противоречивая политика президента Дональда Трампа на иммиграционном направлении, равно как и неоднозначные методы действующей администрации по купированию протестных настроений. Очередным «раздражителем» стали массовые депортационные рейды против нелегальных беженцев в демократических штатах вкупе с убийством двух граждан США – поэтессы Рене Николь Гуд и медбрата в госпитале для ветеранов Алекса Джеффри Претти – сотрудниками иммиграционной полиции ICE в Миннесоте. Их гибель спровоцировала волну гражданского негодования по всем фронтам – от спонтанных уличных акций в крупных городах Соединённых Штатов до залов Капитолия и красных ковровых дорожек во время церемоний награждения в области кинематографа и музыки («Золотой глобус», «Грэмми»), а также в ходе спортивных мероприятий (чемпионат Национальной футбольной лиги «Супербоул» и Олимпиада в Италии). Осудили Белый дом не только многие законодатели (в том числе из числа республиканцев-однопартийцев), но и звезды шоу-бизнеса.

Опросы общественного мнения также продемонстрировали негативную для американских властей динамику: согласно недавнему исследованию NBCNews, количество граждан США, осуждающих иммиграционные подходы Дональда Трампа, возросло с 34 процентов в апреле прошлого года до 49 процентов в феврале 2026 года. Данные выводы коррелируют с выкладками AssociatedPress и центра NORC, согласно которым число сторонников массовых депортационных рейдов против нелегальных беженцев сократилось примерно с 50 процентов до 38 процентов.

Ситуация в стране накалилась настолько, что некоторые представители академической среды и бывшие члены Палаты представителей заговорили о рисках новой гражданской войны. В частности, подобные опасения высказали отставная конгрессвумен Марджори Тейлор Грин, бывшая сторонница Трампа, и профессор Университета Пенсильвании Клэр Финкельштейн. Обе американки предположили, что смертельные инциденты в Миннеаполисе теоретически могли бы стать триггером для вооружённого противостояния между условными сторонниками действующих властей и их противниками. Вероятно, одним из поводов для таких спекуляций могла стать тиражируемая прессой информация о том, что партия самообороны «Чёрные пантеры» якобы готова взяться за оружие для защиты населения от иммиграционной полиции в американских городах (в ряде источников группировка называлась «Чёрными львами»). Данная структура объявила себя наследницей одноимённой леворадикальной организации афроамериканцев, нередко прибегавшей к насилию для достижения политических целей в 1960–1970-х годах.

Однако впоследствии глава США, видимо, опасаясь серьёзных репутационных издержек и негативного влияния на электоральные рейтинги, пошёл на уступки губернатору Миннесоты Тиму Уолцу после телефонного разговора с ним. Сперва было сокращено присутствие федеральных агентов в данном штате на 700 человек (изначально насчитывалось порядка двух-трёх тысяч). Затем, 12 февраля, куратор иммиграционной политики в администрации Том Хоман и вовсе объявил об выводе иммиграционной полиции из проблемного региона. Было открыто множество расследований в связи с превышением полномочий правоохранителей. Более того, 5 марта под прессингом демократов и однопартийцев президент снял с должности министра внутренней безопасности Кристи Ноэм, которая, по сути, стала «ритуальной жертвой» для отвода критики общественности.

Подобные компромиссы со стороны Белого дома лишь временно снизили напряжённость. Поляризация никуда не делась: симпатизирующие либералам комментаторы усомнились в искренности намерений властей, поскольку магистральный курс по высылке мигрантов остался прежним (к слову, 13 февраля исполняющий обязанности директора таможенной полиции ICE Тодд Лайонс заявил в Сенате, что около 1,6 миллиона нелегалов подлежат высылкам из страны, примерно половина из них имеют судимость). Сам Трамп также отказался признавать ошибочность своих действий и вряд ли сделает это в будущем в силу своего темперамента. Масла в огонь подливают опасения журналистов, что министерство внутренней безопасности якобы активизировало тайную всеобъемлющую слежку в социальных сетях для противодействия активистам, включая тех, кто препятствует сотрудникам ICE задерживать и высылать беженцев. Всё это означает, что внутриполитическая ситуация в Америке сохранит высокий уровень турбулентности и конфликтогенный потенциал.

И всё же реализация сценария, описанного в кинематографической антиутопии «Гражданская война» (в русском прокате вышла под названием «Падение империи» в 2024 году), вряд ли возможна в современной Америке. Поскольку политическая система, силовые структуры, правоохранительные органы и бюрократический аппарат функционируют стабильно, пусть и с некоторыми перебоями время от времени. Тогда как система сдержек и противовесов даёт возможность разным силам выпускать пар в зале Конгресса, на страницах прессы или в эфире телеканалов, равно как и во время многочисленных протестов, участившихся в последнее время. К слову, согласно исследованию Гарварда и Университета Коннектикута CrowdCountingConsortium, количество гражданских демонстраций увеличилось на 133 процента во время второго срока Трампа по сравнению с его первой каденцией – примерно с 4,5 тысячи в 2017 году до почти 11 тысяч в 2025 году.

Тем не менее поляризация в США серьёзно влияет на функционирование правительства и является одной из главных причин сбоев в работе госаппарата. Именно разногласия законодателей-демократов и их коллег-республиканцев вокруг финансирования министерства внутренней безопасности, которому подчиняется ICE, стали причиной очередного «шатдауна» – частичного закрытия правительства, продлившегося три дня в начале февраля. Это уже пятый подобный случай за всё правление Трампа, включая его первый срок. Предыдущий простой госаппарата продлился рекордных 43 дня в октябре – ноябре 2025 года.

Впрочем, споры вокруг бюджета данного ведомства продолжаются. Либералы и некоторые умеренные консерваторы настаивают на радикальной реформе иммиграционной полиции, призывая извлечь уроки после убийства двух американских граждан федеральными агентами. Всё это, на самом деле, долгоиграющая история. 13 февраля оппозиция в сенате заблокировала продление ассигнований на нужды министерства внутренней безопасности. В результате его полноценное функционирование вновь оказалось под вопросом.

Показательно, что на этом фоне и доверие населения к государственным институтам и политическим элитам продолжает падать. Данная тенденция фиксировалась ещё при Джо Байдене, но сегодня усугубляется. Согласно исследованию центра PewResearch, всего лишь 17 процентов американцев доверяли правительству по состоянию на декабрь 2025 года (для сравнения: в 1958 году таковых было 73 процента). Эти результаты соответствуют более детализированным выкладкам неправительственной организации Gallup, в соответствии с которыми свыше 50 процентов американцев разочарованы в деятельности как Конгресса, так и Белого дома.

В Соединённых Штатах набирает обороты культурная война, о которой писал ещё в 1992 году социолог Джеймс Хантер. Она сопровождается интенсивным информационным и идеологическим противоборством между республиканцами и демократами. Консерваторы и либералы представляют кардинально противоположные картины мира, рисуя образы будущего собственной страны в разных ценностных плоскостях. Сегодня эта конкуренция предельно обострена и иногда приводит к трагедиям. Однако следует понимать, что она контролируема и вовсе не исключает прагматизма, гибкости и возможности внутриполитической перезагрузки. Следующие промежуточные выборы в Конгресс в ноябре 2026 года, а потом и президентская гонка 2028 года прольют свет на то, по какому пути Америка пойдёт дальше и куда качнётся политический маятник.