«Открытый регион»: субъектность как предохранитель для стран Центральной Азии

Современный мир переживает глубокую трансформацию, сопровождающуюся ростом неопределённости и снижением глобальной устойчивости. В этих условиях возрастает значение региональной ответственности государств за формирование стабильной и предсказуемой среды развития.

Для стран Центральной Азии таким естественным контуром выступает Евразия – пространство исторически сложившейся экономической, транспортной и гуманитарной взаимосвязанности, которая сегодня приобретает новое качество, превращаясь в важный фактор адаптации к внешним шокам и укрепления устойчивости.

В этой логике Узбекистан проводит последовательную политику, выступая инициатором формирования региональной конфигурации, направленной на выстраивание более согласованной модели взаимодействия и укрепление взаимосвязанности внутри обширного евразийского региона.

Через такие платформы, как СНГ, ШОС, ЕАЭС, СВМДА, ОЭС и ОТГ, Узбекистан продвигает практическую повестку, формирующую самодостаточное пространство промышленно-технологического развития с устойчивыми цепочками добавленной стоимости. С 2016 года выдвинуты десятки инициатив, охватывающих торговлю, транспорт, энергетику и промышленную кооперацию.

Ключевое значение имеет то, что речь идёт не об изоляции, а о формировании внутренне устойчивого и одновременно открытого региона. В этой связи Узбекистан в целях преодоления растущей фрагментации глобальной системы выступает за институционализацию принципов добрососедства, доверия и солидарности, включая продвижение таких инициатив, как Кодекс добрососедства, доверия и трансграничного партнёрства, призванный закрепить единые подходы к укреплению регионального сотрудничества, а также Самаркандская инициатива солидарности во имя общей безопасности и процветания, ориентированная на восстановление доверия и развитие инклюзивного диалога на евразийском пространстве.

Роль Узбекистана в трансформации Центральной Азии

Именно эта политика во многом определила качественные изменения в самой Центральной Азии. Укрепление доверия и развитие практического сотрудничества между государствами региона позволили существенно снизить уровень противоречий, активизировать экономические связи и сформировать более устойчивую региональную среду.

Центральная Азия сегодня демонстрирует качественно новую динамику. Регион становится более стабильным, превращается в динамично растущий рынок и усиливает свою роль как логистического узла и формирующегося центра промышленного роста.

Принципиально важно, что Центральная Азия всё более выступает как консолидированный регион с растущей субъектностью. Это позволяет не только эффективнее решать внутренние задачи, но и выступать самостоятельным фактором устойчивости в Евразии. По сути, регион становится одним из опорных элементов евразийской архитектуры, и поддержка этой тенденции отвечает интересам всех внешних партнёров.

Совокупный ВВП стран региона за последнее десятилетие фактически удвоился, превысив 560 миллиардов долларов, при этом среднегодовые темпы роста на уровне около 6 процентов стабильно превышают среднемировые показатели. Внутрирегиональная торговля выросла примерно в 4,5 раза с 2,4 миллиарда долларов в 2016 году до 10,7 миллиарда долларов. Растёт инвестиционная активность и расширяется промышленная база.

Практическое измерение этой трансформации проявляется в логистике, энергетике и торговле. Усиливается роль сухопутных транспортных коридоров, включая направления через Афганистан к Южной Азии. Объёмы железнодорожных перевозок и транзита устойчиво растут, подтверждая усиление роли региона как ключевого логистического узла.За последние годы объёмы железнодорожных перевозок через страны Центральной Азии выросли более чем на 20–30 процентов, а транзитные перевозки через Узбекистан увеличились в полтора раза.

В энергетике сохраняется высокая взаимозависимость и растёт инвестиционная активность – от модернизации инфраструктуры до развития ВИЭ и атомных проектов. Спрос на электроэнергию формирует долгосрочную основу кооперации. Совокупный энергетический потенциал региона увеличивается: только по линии ВИЭ заявлены проекты мощностью свыше 30 ГВт, а производство электроэнергии в Центральной Азии стабильно растёт на 4–4,1 процента в год.

В Узбекистане в 2025 году выработка электроэнергии достигла 86,7 миллиарда кВт/ч, что на 6 процентов выше уровня предыдущего года. Из них 16,8 миллиарда кВт/ч, или около 20 процентов, обеспечили ВИЭ. Установленная мощность объектов ВИЭ к концу 2025 года превысила 10 тысяч МВт – более чем в пять раз выше показателя 2016 года.

В торговле регион переходит к более сложной экономической модели, становясь не только рынком сбыта, но и поставщиком продукции с добавленной стоимостью. Растёт экспорт переработанной продукции – от текстиля до электротехники и стройматериалов. Параллельно формируется производственное ядро региона на базе агропереработки, химии, стройматериалов и машиностроения, что усиливает производственную интеграцию.

Среднегодовые темпы роста промышленного производства в регионе составляют порядка 7–8 процентов, сельского хозяйства – 4–5 процентов, при этом сегменты переработки демонстрируют опережающую динамику, достигая 8–9 процентов в год.

Роль России и формат «Центральная Азия – Россия»

Центральная Азия для России – это уже не просто географическое «соседство», а сложное, многослойное пространство стратегических интересов. Мы наблюдаем постепенное переосмысление самой логики взаимодействия с регионом. За последние годы отношения России и Центральной Азии заметно изменились.

Центральная Азия перестала быть периферией, отделяющей Россию от пояса нестабильности. Теперь это регион, выступающий полноценным партнёром по развитию, самостоятельным центром экономической динамики, своего рода аккумулятором роста.

Сегодня Центральная Азия становится неотъемлемой частью более широкой конструкции Большой Евразии. Без её включённости, без развития транспортных коридоров, производственной кооперации и человеческого капитала говорить о глубокой евразийской интеграции попросту невозможно. И в этом смысле переоценка роли региона – это отражение объективных процессов, которые невозможно игнорировать.

Наиболее наглядно это проявляется в стремлении РФ сместить модель партнёрства со странами Центральной Азии к более тесному торгово-экономическому, инвестиционному и технологическому сопряжению. В центре такого сотрудничества передача компетенций, создание общей промышленной, технологической и образовательной среды.

Масштаб этого сдвига подтверждают цифры и факты. Так, товарооборот между Россией и странами региона достиг 50 миллиардов долларов, накопленные прямые инвестиции РФ уже превысили 22 миллиарда долларов. Причём они всё меньше концентрируются исключительно в сырьевом секторе, перемещаясь в высокотехнологичные ниши – финансовые технологии, фармацевтику, ритейл и цифровую индустрию.

На этом фоне регион превращается в площадку для так называемого промышленного оффшоринга, где создаются не просто сборочные цеха, а совместные предприятия, генерирующие высокую добавленную стоимость.

Показательным примером является развитие кооперационных форматов: инициированный Узбекистаном совместно с Россией «Иннопром. Центральная Азия» превратился в широкую международную промышленную платформу с участием не только стран региона, но и внешних партнёров, что отражает как углубление промышленной интеграции, так и расширение выхода на внешние рынки.

Не менее важно, что меняется и геоэкономическая роль самого региона, который трансформируется из «географического тупика» на окраине СНГ в ключевой перекрёсток сухопутных маршрутов, связывающих Восток и Запад, Север и Юг. Сегодня страны Центральной Азии больше не хотят быть просто транзитной территорией. Они стремятся капитализировать своё положение, создавая вдоль транспортных артерий индустриальные хабы и логистические сервисы.

Регион, по сути, претендует на роль центрального звена многополярной транспортно-экономической системы, где успех зависит не от географии как таковой, а от способности интегрироваться в новые цепочки создания стоимости и, что принципиально важно, совместно с партнёрами управлять их развитием.

Речь идёт о переходе от транзитной модели к модели промышленно-логистического сопряжения, где транспортный коридор становится стимулом для глубокой индустриализации.

Для России такая трансформация открывает принципиально новые стратегические горизонты. Через партнёрство с центральноазиатскими государствами Москва получает доступ к максимально диверсифицированной системе коридоров, что критически важно в условиях глобальной турбулентности и фрагментации рынков.

В свою очередь, расширение коридоров создаёт предпосылки для формирования распределённых производственных цепочек, в рамках которых различные этапы создания добавленной стоимости локализуются в разных странах региона. В таком формате Центральная Азия постепенно интегрируется в единое производственное пространство с Россией, что усиливает взаимозависимость экономик и делает сотрудничество более устойчивым и долгосрочным.

Параллельно с развитием инфраструктуры и промышленной кооперации меняется и природа гуманитарных связей. Сегодня страны Центральной Азии и Россия инвестируют также в формирование общего образовательного и научного пространства.

Открытие филиалов ведущих российских вузов в странах региона, развитие совместных программ подготовки кадров, взаимное признание квалификаций – всё это формирует более интеллектуальную модель интеграции. В долгосрочной перспективе именно такие связи создают устойчивую основу партнёрства, поскольку формируют профессиональные сообщества с общим пониманием экономических и технологических процессов, обладающие схожим пониманием экономических и технологических процессов, едиными стандартами и практиками.

В результате гуманитарные связи перестают быть вспомогательным элементом и превращаются в фундамент партнёрства, обеспечивая воспроизводство кооперации на новом, более глубоком уровне.

Наконец, важным индикатором изменений становится институциональный уровень взаимодействия. Появление формата «5+1» на высшем уровне демонстрирует, что это принципиальный момент. Сильные, суверенные и экономически успешные государства региона – это ключевое условие устойчивости и долгосрочного развития всего евразийского пространства.

В условиях нарастающей глобальной турбулентности именно эта окрепшая субъектность центральноазиатских государств служит надёжным предохранителем, гарантирующим, что регион сохранит внутреннюю устойчивость и не превратится в арену для чужих геополитических экспериментов.

В этом контексте особое значение приобретают подходы Узбекистана, обозначенные на последнем саммите формата «Центральная Азия – Россия». Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев предложил разработать Комплексную программу партнёрства Центральной Азии и России, создать в Узбекистане региональный Центр по атомной энергетике и открыть филиалы «Сколково» в странах региона. Среди приоритетов – развитие энергосистем, транспортных коридоров, промышленной кооперации и подготовки кадров для высокотехнологичных отраслей.

Реализация этих инициатив формирует основу для перехода от точечных проектов к системной координации стратегий развития, усиливая устойчивость и взаимосвязанность всего евразийского пространства, а также повышая эффективность формата «Центральная Азия – Россия» как одного из ключевых механизмов межрегионального взаимодействия.

Стратегический вывод: новая модель развития

В более широком смысле речь идёт о переходе к новой модели развития, в которой Центральная Азия эволюционирует от преимущественно транзитного пространства к формированию производственного и экономического ядра Евразии, с акцентом на промышленную интеграцию и развитие собственных цепочек добавленной стоимости.

При этом ключевое изменение заключается в том, что регион уже выходит за рамки прежнего восприятия как буферной зоны и утверждается в качестве самостоятельного субъекта с собственной повесткой. Её стратегическая цель – выстраивание открытого и взаимовыгодного взаимодействия со всеми внешними партнёрами при одновременном принятии полной ответственности за обеспечение безопасности, стабильности и устойчивого развития региона. Это предполагает укрепление внутренней взаимосвязанности, наращивание промышленного и технологического потенциала, а также проведение сбалансированной внешнеэкономической политики, ориентированной на интеграцию в глобальные цепочки добавленной стоимости.

Сильная, экономически связанная и стабильная Центральная Азия отвечает стратегическим интересам всех участников евразийского пространства. В условиях глобальной трансформации именно региональные форматы сотрудничества формируют основу новой устойчивости.

Узбекистан, продвигая повестку ответственности за регион, стремится формировать практическую модель взаимодействия, в которой партнёрство с Россией становится одним из ключевых элементов долгосрочного развития.