Послевкусие двадцатого пакета

Двадцатый пакет санкций ЕС против России стал наиболее скандальным за всю историю ограничительных мер Брюсселя. Его должны были принять ещё в феврале – к очередной годовщине СВО. Но тогда его заблокировали в Совете ЕС Венгрия и Словакия. Они мотивировали своё решение блокировкой Украиной нефтепровода «Дружба». Однако после уступок Киева по «Дружбе» двадцатый пакет получил зелёный свет. Новые санкции многочисленны. Их нюансы важны. Однако качественно ситуацию в режиме санкций они меняют едва ли.

Прежде всего, произошло очередное расширение списков физических лиц и организаций, в отношении которых действуют блокирующие финансовые санкции. Сюрпризов здесь нет. Они снова расширяются на оборонные, промышленные и нефтяные компании, их менеджеров и владельцев, а также на известных общественных фигур. Но большой погоды они не делают. Транзакции компаний данного профиля с юрисдикцией ЕС и так были около нуля. ЕС продолжает вводить вторичные финансовые и торговые санкции против партнёров российских фирм из третьих стран. Такая практика была и в предыдущих пакетах, но пока она на порядок меньше того, что делали на данном направлении американцы при Джо Байдене. В основном под удар попадают мелкие фирмы-посредники в поставках промышленного оборудования в Россию. Судя по всему, на их месте возникают новые.

Расширяется экспортный контроль по промышленному оборудованию. Однако ещё в 2022-2023 гг. в него вошли практически все товары двойного назначения и значительная часть промышленных товаров. Его новые расширения качества не добавляют. То же касается импорта из России.

Продолжаются попытки борьбы с российским «теневым флотом»: число танкеров, которые запрещено обслуживать в ЕС, возросло до 651.

Вероятно, это усложняет логистику, но не препятствует ей. Вводятся дополнительные юридические процедуры, осложняющие продажу в Россию танкеров через третьи лица и стран. Ограничения расширены на два российских порта. То же – в отношении нефтяного терминала в Индонезии. Расширяется число российских банков, в отношении которых действуют запреты на транзакции. Теперь их число возросло до пятидесяти. Для некоторых из них мера может быть чувствительной в операциях на внешнем контуре, так как препятствует использованию системы передачи финансовых сообщений SWIFT. За использование российской СПФС ЕС грозил вторичными санкциями ещё в прошлых пакетах. Запрещаются операции с российскими цифровыми финансовыми инструментами. Но такие операции с участием лиц ЕС и так были редкостью. Продолжается борьба с российскими контрмерами. Теперь лица, которые получают выгоду от временного управления активами лиц ЕС в России или от их перехода в российскую собственность, сами могут оказаться под санкциями. То же касается тех компаний, которые осуществляют операции или закупки без согласия правообладателей в ЕС (в т. ч. параллельный импорт). Однако и здесь санкции их остановят вряд ли, ведь непосредственно с ЕС их бизнес не связан.

Наиболее примечательно расширение экспортного контроля ЕС по ряду промышленных товаров на Киргизию. Власти ЕС зафиксировали рост их импорта и последующего реэкспорта на сотни процентов после начала СВО. Такой шаг делает сигнал и другим странам. Примечательно также снятие санкций с ряда зарубежных банков, которые прекратили те операции с Россией, которые вызывали претензии ЕС. Среди них – два сельскохозяйственных банка из КНР и три банка из Таджикистана. Брюссель показывает, что готов снимать санкции в случае «изменения поведения» мишени. Однако проблема в количестве таких мишеней. Их может оказаться слишком много.