«Вьетнамский сценарий»: 30 апреля 1975 пал Сайгон

По сути, большая война в Индокитае, соединившая в себе три гражданские войны во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже, а также французскую и американскую интервенции, длилась почти непрерывно с 1945 по 1975 год и может считаться единой войной народов Юго-Восточной Азии за освобождение от западных колонизаторов.

Сразу после Второй мировой войны во всех трёх странах, провозгласивших независимость, появились альтернативные центры власти: коммунистические и антикоммунистические. Формально это позволяет считать, что центральной причиной долгого индокитайского конфликта было гражданское противостояние, борьба за выбор пути развития.

Однако на деле все тамошние антикоммунистические правительства были прямыми или косвенными наследниками коллаборационистов колониального периода и воспринимались народами региона именно так. Эта сторона гражданской войны не могла держаться у власти без масштабной поддержки западных держав и стремительно пала, как только масштабы такой поддержки пошли на убыль. Союзников противоположного лагеря — Москву и Пекин — общественное мнение рассматривало как маяки антиколониализма.

О том, на чьей стороне были симпатии большинства вьетнамцев, красноречиво свидетельствуют следующие факты.

Во-первых, не менее четверти территории Южного, прозападного Вьетнама контролировалось красными партизанами. Вернуть их под управление сайгонского режима не помогли ни ковровые бомбардировки (несколько тонн боеприпасов на каждый квадратный километр территории), ни массовое применение дефолиантов, превращавших джунгли в мёртвый сухостой. В то же время никакой партизанской войны внутри красного Северного Вьетнама, несмотря на обильные долларовые вливания, развязать не удалось.

Во-вторых, хотя Сайгон проводил тотальные мобилизации и его армия заметно превышала по численности Народную Армию Вьетнама, мобилизованные охотно сдавались в плен. Ещё до начала решительного наступления северян предпочло перейти на сторону ДРВ около миллиона солдат Юга — примерно пятая часть взрослого мужского населения!

В-третьих, марионеточный режим не спасло масштабное присутствие американцев. Общая численность американских солдат во Вьетнаме на пике конфликта превышала полмиллиона человек, плюс ещё около ста тысяч военнослужащих из армий союзников США. Именно выбор подавляющего большинства вьетнамцев в пользу Ханоя, а не Сайгона, определил исход войны.

Под напором антивоенных настроений правительство США было вынуждено в 1973 году отозвать свой контингент из Индокитая. С этого момента дни сайгонского режима были сочтены.

Весеннее наступление Народной армии Вьетнама в 1975 году привело к краху сайгонского режима. Вся вертолётная группировка Седьмого флота США и компании «Air America» была задействована, чтобы в срочном порядке вывезти хотя бы своих сограждан и часть сторонников из неспособного к обороне города. Сайгон пал буквально за два дня. 30 апреля вошло в летопись Вьетнама как День Освобождения.

Западные СМИ не жалели чёрной краски, чтобы живописать трагическую судьбу проигравших. Однако лидеры ДРВ были настроены на интеграцию бывших противников в единую нацию. Это подтверждают биографии трёх последних руководителей сайгонского режима. Если Нгуен Ван Тхьеу заранее бежал в США, то с двумя другими, попавшими в плен Народной Армии, обошлись вполне гуманно. В отношении Чан Ван Хыонга ограничились домашним арестом (уже в 1977 году амнистирован). Зыонг Ван Минь тоже очень скоро был отпущен, а в 1983 году ему разрешили эмигрировать во Францию. При этом сын Зыонга работал в СРВ директором школы, а внук через четверть века после объединения страны даже возглавил союз писателей Хошимина.

Вьетнамская формула примирения (не казнить верхушку и амнистировать не запятнавших себя преступлениями против народа) позволила превратить «проигравших» в «бывших противников», а затем в таких же сограждан, как и все остальные.

Избавившись от западного вмешательства, Вьетнам быстро консолидировался, став единой и динамичной нацией. После тридцатилетней борьбы за единство и суверенный выбор произошло историческое воссоединение разделённого народа.

Пример Вьетнама свидетельствует, что колониальные интервенции всегда терпят неудачу в долгосрочной перспективе, а национально-освободительные движения будут побеждать, поскольку представляют волю большинства.

США бросили на чашу весов вьетнамского конфликта новейшие технологии и десятки миллиардов долларов, но в итоге были вынуждены отступить. И как только американское общество устало от войны, Конгресс прекратил финансирование, и марионеточный режим в Южном Вьетнаме рухнул в считанные месяцы.

В этом смысле победа ДРВ демонстрирует четкую закономерность: ставленники Запада обречены, как только их отключают от «аппарата искусственного жизнеобеспечения», от военно-экономической подпитки (которая не может быть бесконечной). И тем, кто построил по такой же схеме подобие южновьетнамского режима на Украине, не стоит забывать о судьбе Сайгона.