Колониализм и наркоторговля : как начинались «опиумные войны»?

В начале девятнадцатого века Китай, как и сегодня, вполне мог носить звание «мировой фабрики». Китайские товары пользовались высоким спросом по всему миру.  В то же время Европа не могла предложить достаточный набор конкурентоспособной продукции со своей стороны. Китайские контрагенты соглашались принимать взамен только драгметаллы, прежде всего серебряную монету. В межконтинентальной торговле сложилась зияющая диспропорция.

«Чёрный ход», позволяющий обойти эту ситуацию, нашли британские колонизаторы. Завоевав Бенгалию (восточную часть современной Индии плюс Бангладеш), британцы организовали массовую высадку опийного мака. Началась контрабандная поставка опиума на богатый и многолюдный китайский рынок. Если в 1770-е годы поставки запретного зелья измерялись тоннами, то в 1830-х обороты достигли тысяч тонн. Доходы от контрабанды приблизились к 15-20 % суммарной экспортной выручки Британской империи.

Конечно, в Китае не могли сквозь пальцы смотреть на наркотизацию своего населения и возрастающий ущерб государственной казне. Один из лучших чиновников страны - Линь Цзэсюй, прославившийся своей честностью на посту губернатора центральной провинции Хэбей, был направлен эмиссаром в приморскую провинцию Гуандун, через которую велась основная торговля с иностранцами и проходил подпольный наркотрафик.

Действия Линь Цзэсюя были быстрыми и решительными. Оценив обстановку, он добился императорского указа о полном запрете торговли, пока иностранцы не сдадут весь имеющийся у них запас опиума. Соответствующий указ был издан 18 марта 1839 года. Подтверждая твёрдость своих намерений, китайские власти запретили иностранцам до выполнения условий покидать территорию факторий, фактически заперев их в «европейском городе» с ограниченной поставкой воды и продуктов. Полтора месяца спустя британский суперинтендант Чарльз Эллиот уступил, приказав соотечественникам сдать весь хранящийся у них запас наркотических веществ.

Вскоре  нанабережной Гуанчжоу можно было увидеть необычное зрелище. Со стоящих на рейде британских кораблей вереницы матросов выносили потаённый груз – ящики и тюки с опиумом. Более двадцати тысяч ящиков были собраны, а потом уничтожены по приказу нового губернатора – императорского эмиссара Линя Цзэсюя.

Однако хозяева «белого порошка» из Британской Ост-Индской компании, пропустив удар, стали вынашивать планы мести. Положение усугублялось тем, что долю в доходах Ост-Индской компании, монополизировавшей сбор и теневой сбыт опийного мака, получали не только частные лица, но и занимавшие высокие должности аристократы, вплоть до членов королевской семьи.

Ответом на действия Китая стала Первая Опиумная война. В апреле 1840 года Великобритания объявила войну Империи Цин.

Уступая Китаю в производстве мирной продукции,  британцы использовали своё превосходство в военно-технической сфере. Дальность стрельбы английских пушек и ружей не позволяла китайской армии сражаться с агрессорами на равных. В 1842 году Пекину пришлось подписать договор, открывающий европейским купцам беспошлинный доступ на внутренний рынок, в том числе для торговли опиумом.

Вторжение британских войск, подрыв авторитета государственной власти, разрушение торгового баланса и массовая наркотизация дорого обошлись китайскому народу. Политическая смута и экономический упадок затянулись более чем на столетие. Демографические потери только в первые два десятилетия после Первой Опиумной войны оцениваются от 20 до 60 миллионов человек. Зато огромное количество ныне процветающих европейских, прежде всего британских бизнес-династий сделали своё состояние на торговле опиумом. Сегодня именно они составляют ядро «финансовой аристократии» Запада, так называемых «старых денег».

О первичных источниках своего обогащения  эти респектабельные джентльмены стараются сегодня не вспоминать. Зато о событиях, предшествовавших началу Опиумных войн хорошо помнят в Китае. Линь Цзэсюй провозглашен национальным гером,   в КНР в его честь возведён мемориальный комплекс.