Роковое «перемирие» 1578 года и финал Ливонской войны

17 января 1558 года началась Ливонская война. Противник Русского царства в конфликте (или серии конфликтов, как считают историки) постоянно видоизменялся, трансформировался «от простого к сложному». Сначала это был Ливонский орден, затем взявшее его под патронаж Великое Княжество Литовское, потом поглотившая ВКЛ Польша, и, наконец, на последнем этапе — «общеевропейская» международная коалиция.

На протяжении двадцати лет (1558–1578) Ливонская война шла  благоприятно для Русского царства. Войска Ивана Грозного успешно «прорубили окно в Европу» на Балтике, освободили Полоцк и другие города исторической Руси.

В конце 1570-х годов ставший польским королем Стефан Баторий тянул время,  занимаясь поиском денег для формирования наёмной армии. Понимая, что с воинственными, но слабо дисциплинированными шляхтичами шансов на успех мало, Баторий сделал ставку на вербовку наемников, в первую очередь — немецких, венгерских и швейцарских, считавшихся тогда лучшей пехотой в Европе.

Отправив своих послов в Москву, польский король долго имитировал переговорный процесс, делая вид, что, с определёнными оговорками, готов обсуждать русские приобретения на Балтике. После многомесячных переливаний «из пустого в порожнее» послы Батория объяснили, что они, как переговорщики, имеют недостаточно высокий статус, и надо подождать еще немного, пока приедут более знатные «большие послы». Затем в Москву прибыла вторая группа переговорщиков, которые тридцатого января 1578 года подписали условия перемирия.

Однако соглашение содержало дипломатическую ловушку. В русском экземпляре присутствовал пункт о том, что Ливония признавалась «вотчиной» Ивана Грозного, но в польский текст этот ключевой момент почему-то не вошел. Князь Сапега и его коллеги объяснили, что готов одобрить его устно, но не имеет полномочий вносить эту позицию в польский экземпляр документа.

В Москве удивились, почему и у второй группы переговорщиков нет полномочий подписывать соглашение в полном объёме, но, вероятно, отнесли этот факт на счет сложности устройства польско-литовского конфедеративного государства во главе с королем, который не понимает ни слова по-польски (Стефан Баторий общался на немецком и на латыни). В конце концов, русский вариант договора содержал все необходимые позиции.

Для ратификации договора в Польшу в мае 1578 года выехало посольство во главе с П. И. Головиным. Стефан Баторий жаловался на занятость и нехватку времени, сознательно затягивал прием русских послов. Аудиенция состоялась лишь 5 декабря 1578 года и завершилась отказом ратифицировать договор. Внезапно выяснилось, что Баторий не признает Ивана Грозного царем (согласен именовать лишь «великим князем»).

Окончательный ответ был передан поляками только в июне 1579 года, спустя полтора года после заключения фейкового перемирия. Вместо ратификации Москву ждало объявление войны. После чего нанятые Баторием ландскнехты, уничтожая на своем пути все живое, ринулись на Полоцк, Великие Луки и Псков. Пожалуй, именно в 1579 году впервые против Русского царства выступила не отдельная «страна-противник», но вся «объединенная Европа».

Героическое сопротивление защитников Пскова сорвало стратегические планы Батория, обещавшего своим спонсорам дойти до Москвы. Однако и «нулевой вариант», которым закончилась война с Речь Посполитой, предусматривал уход русских войск из Ливонии. Проблему выхода к мировым торговым путям была решена путем строительства порта в Архангельске, через который в семнадцатом веке шла львиная дол русского экспорта. Балтийские порты пришлось сто двадцать лет спустя заново отвоевывать Петру Великому.

Вторжение 1579 года — первый в истории пример «прокси-войны» Запада с Россией, ведущейся по схеме «я спонсирую — ты воюешь». Финансовую и материальную основу армии Батория, значительную часть которой составляли профессиональные наемные контингенты из, Германии, Швейцарии и Шотландии, составляли средства, поступавшие из нескольких ключевых источников.

В первую очередь, папский престол в лице папы Григория XIII рассматривал войну как инструмент католической экспансии на восток и потенциального вовлечения России в орбиту влияния Рима. Ватикан не только предоставлял прямые денежные субсидии из собственной казны, но и санкционировал специальные военные сборы с духовенства Польши и Литвы. Во-вторых, экономические интересы прусского и ганзейского купечества, стремившегося сохранить монополию на балтийскую торговлю и не допустить туда русский торговый флот, также обеспечили Баторию доступ к большим бюджетам. В-третьих, сам Баторий  был тем еще «многовекторным» персонажем и брал деньги не только от немцев и Ватикана, но и от Османской империи, с которой папы находились в перманентном конфликте.Причина открытия спонсорской линии была понятна — Порта также хотели вести «прокси-войну» руками Батория.

Таким образом, кампания Батория финансировалась и обеспечивалась ресурсами целого  международного консорциума, интересы участников которого были направлены на ослабление и расчленение России.

Ям-Запольский мир, заключенный 15 января 1582 года, стал итогом противостояния Русского царства и мощной западной коалиции. Укрепив свои позиции в Прибалтике, польско-литовское государство получило оперативный плацдарм для вмешательства в дела России, что в дальнейшем реализовалось в поддержке самозванцев и прямой военной агрессии в начале XVII века.