Сумерки олимпийской идеи: от бойкота Олимпиады-80 до наших дней. Часть 1

Принятое в 1974 голу решение Международного олимпийского комитета о проведении XXII летних Олимпийских игр в Москве стало символом успеха политики разрядки. После крайне опасных кризисов первых десятилетий Холодной войны стороны пришли к осознанию необходимости поиска механизмов мирного сосуществования.

Политика Советского Союза  была последовательно оборонительной и базировалась на принципах самозащиты. Стратегическая цель Москвы заключалась в том, чтобы через систему договоров, диалог и взаимное признание зон интересов убедить геополитического оппонента отказаться от политики конфронтации. СССР стремился везде, где возможно, проводить курс на перевод противостояния в русло мирного сосуществования и честного соревнования — в технологиях, экономике, культуре и, наконец, в спорте.

В годы разрядки было заключено несколько важных договоров, работавших на снижение напряжённости, в том числе Договор об ограничении систем ПРО (1972) и соглашение ОСВ-1 (1972), заложившие основы контроля над стратегическими вооружениями, а также четырёхстороннее соглашение по Западному Берлину (1971).Эти события, а также космическая программа «Союз — Аполлон» (1975), завершившаяся знаменитым рукопожатием русских и американцев на орбите, давали надежду на снижение градуса противостояния.

Вместе с тем, в середине 70-х годов стало понятно, что на Западе есть силы, которые готовы повернуть процесс разрядки вспять. В Москве видели, что политики, сделавшие выбор в пользу разрядки, один за другим покидали политическую сцену. В частности, Ричард Никсон, с которым были подписаны ключевые договоры, ушёл в отставку (по сути, был отстранён от власти) после Уотергейтского скандала. Жорж Помпиду, прагматичный французский президент, скоропостижно скончался.  Канцлер ФРГ Вилли Брандт также был вынужден уйти в отставку. Уход ведущих политиков Запада ставил под вопрос преемственность курса,  и в этих условиях Олимпиада-80 рассматривалась Советским Союзом как фактор закрепления итогов разрядки на историческую перспективу. Это был шанс создать новую, позитивную реальность под лозунгом «О спорт, ты мир!». Вот почему на Олимпиаду-80 возлагались такие огромные надежды — которые, однако, не сбылись.

Совершенно иначе на процесс разрядки смотрели глобалистские элиты Запада. Для них разрядка была лишь временным перемирием, вызванным необходимостью перевести дух после того, как СССР достиг стратегического паритета с США в ракетно-ядерных вооружениях, а американская сторона потерпела поражение в войне во Вьетнаме.

Эти круги считали себя достаточно сильными, чтобы продолжать Холодную войну вплоть до достижения конечной цели — уничтожения Советского Союза.

Поворотным моментом стал 1977 год. После избрания президентом Джимми Картера архитектором внешней политики США стал его помощник по национальной безопасности, одиозный фанатик-русофоб Збигнев Бжезинский. Практически одновременно канцлер ФРГ Гельмут Шмидт публично высказался за размещение в Европе американских ракет средней дальности, что являлось прямым вызовом СССР и создавало критическую угрозу безопасности европейской части страны.

По всей видимости, политическое решение о свёртывании разрядки и срыве предстоящей Олимпиады в Москве было принято за  три года до начала игр, в 1977 году. Оставалось найти лишь убедительный предлог.

Изначально в качестве такового  предлагалось использовать тему ограничений на эмиграцию из СССР и проблемы диссидентов. Однако вскоре стало ясно, что эти вопросы не найдут широкого отклика за пределами западного блока и не позволят сформировать масштабную коалицию для бойкота. Качественно иная ситуация сложилась после 12 декабря 1979 года, когда на саммите НАТО было принято решение о размещении в Европе американских ракет средней дальности. Этот шаг официально ознаменовал конец военно-стратегической составляющей разрядки.

Продолжение следует