Совет мира через силу

Острота восприятия объяснима тем, что объектами неправовых действий становятся ведущие западные государства , которые контролируют информационное поле. Пока случаи нарушения Устава ООН или иных юридических норм касались других стран, это считалось, возможно, прискорбным, но не критичным и поправимым. Ну и объяснялось морально-политическими изъянами действующих лиц (включая жертв акций), а не кризисом системы.

Соединённые Штаты не просто отбросили условности, но и применили свой подход к союзникам , с которыми вроде бы сам бог велел договариваться полюбовно. Это вызывает оторопь вплоть до обвинений в предательстве.

После холодной войны было понятно, у кого власть, а инструментом служило глобальное доминирование США и их союзников посредством поддержания единого свода правил. Изменение расстановки сил на мировой арене и кризисные явления в системе мирового капитализма привели к сокращению возможностей по изъятию ренты, издержки, напротив, стали расти. Последняя попытка преодолеть проблему «ремонтом» прежней модели пришлась на администрацию Байдена . Она хотела воссоздать нерушимый политико-идеологический Запад, осуществляющий коллективное руководство (убеждением или принуждением) остальными. Не получилось.

«Мир через силу» – основной (наряду с «Америкой прежде всего») лозунг нынешней администрации. Он закреплён уже в двух доктринальных документах – Стратегии национальной безопасности и только что опубликованной Национальной стратегии обороны.

Правда, создаваемые прецеденты действуют в качестве обоснования дальнейших акций не для всех, а только для самих Соединённых Штатов. Право других стран вести себя по-американски не подразумевается, но, в принципе, и не отвергается. За исключением случаев, когда это вступает в противоречие с интересами США. Те, кто хочет решать свои, например, региональные вопросы, могут воспользоваться американскими методами, если, конечно, способны на это, то есть обладают силой и сноровкой.

Это распространяется и на союзников, но их положение хуже, чем у прочих. В прошлом международном укладе они получали немалый объём благ от американского патрона. Главным была возможность минимизировать свои расходы на стратегические нужды, делегировав права и обязанности США . Происходило это не только с согласия, но и по воле Соединённых Штатов, которым такое требовалось для функционирования того международного порядка.

Отныне, однако, то, что считалось взаимовыгодным партнёрством, рассматривается американцами как односторонние и нерентабельные субсидии. Расходы желательно возместить и уж как минимум впредь их не осуществлять. Резкий разворот приводит союзников в ступор, хотя, если смотреть только на материальную сторону вопроса, логика имеется. И возможная смена администрации/тренда в Вашингтоне не обязательно изменит уже сформировавшийся там взгляд на союзы.

Совет мира , торжественно учреждённый в Давосе, проще всего рассматривать в качестве личной регалии Дональда Трампа. Но по-своему он функционален и показателен.

Но, если дорого, хотя бы пока проявлениями восторженной лояльности. В идеале членство в Совете, вероятно, служит охранной грамотой от претензий со стороны его председателя.

Подобный характер данного форума делает практически невозможным участие в нём крупных и самостоятельных держав. Структура, в которой права участников заведомо ограничены волей, а то и прихотями учредителя, а понятных механизмов деятельности нет, с идеей суверенитета несовместима.

И хотя на практике она не будет работать, как провозглашается, символический смысл вхождения в эту компанию сомнению не подлежит – признание верховенства Белого дома.

Администрация Трампа осознаёт мировые изменения и ищет, как сохранить или даже преумножить американские возможности и привилегии. Остальным участникам международной ситуации, которую мы привыкли называть многополярным миром, необходимо заниматься тем же – но для себя и по-своему.

Раз из Вашингтона проповедуют разумный эгоизм с силовой компонентой, почему не прислушаться?

Автор: Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике».