Восточный расчет

Ташкентский международный финансовый центр предполагает отдельную юрисдикцию с элементами английского права, собственным судом и арбитражем — это реальный инструмент защиты капитала или попытка скопировать модель Дубая и Астаны?

— Создание Ташкентского международного финансового центра (ТМФЦ) с применением норм общего права Англии и Уэльса, собственным международным коммерческим судом и арбитражем — это не просто попытка скопировать Дубай или Астану. Это осознанная стратегия институционального импорта правовой системы, которая уже доказала свою эффективность в защите инвесторов.

Ключевое отличие ТМФЦ от классических офшорных зон — конституционный статус. Президент Мирзиёев подписал указ, предусматривающий конституционный закон о центре, что создает более высокий уровень правовой защиты, чем обычное законодательство. Это реальный инструмент защиты капитала, поскольку:

• независимый суд с двумя инстанциями обеспечивает предсказуемость разрешения споров;

• английское общее право дает международным инвесторам знакомую правовую среду, снижая транзакционные издержки;

• самостоятельные нормативные акты органов управления центра позволяют быстро адаптироваться к изменениям рынка.

Однако здесь есть важный нюанс: узбекская делегация в феврале 2026 года изучала опыт АФЦА в Астане, что указывает на стремление заимствовать не только правовую модель, но и практические механизмы реализации. Риск заключается в том, что формальное копирование институтов без глубинной институциональной культуры может привести к «фасадному» правосудию.

Льготы, свободное движение капитала и работа с цифровыми активами — означает ли это, что центр станет «тихой гаванью» для российского бизнеса в условиях санкций?

— Утверждение о том, что ТМФЦ станет «тихой гаванью» для российского капитала под санкциями, требует квалификации. Да, свободное движение капитала, репатриация, свободные валютные операции и работа с цифровыми активами создают техническую возможность для обхода ограничений. Но президент Мирзиёев прямо заявил о «исторической возможности» привлечь международные компании, «оценившие региональные риски» — это дипломатический код для понимания геополитической ситуации. Однако Узбекистан демонстрирует осторожность: центр позиционируется как платформа для легитимных инвестиций в экономику страны, а не как санкционный обходной маневр.

Реальность такова, что ТМФЦ с его льготным налоговым режимом и упрощенным визовым порядком неизбежно привлечет внимание капиталов, ищущих альтернативные юрисдикции. Вопрос в том, будет ли узбекский регулятор (который еще предстоит создать) применять стандарты на уровне лучших международных практик.

Кто реально сможет пользоваться этими возможностями — крупные игроки или со временем туда смогут зайти средние компании и частные инвесторы? — Первоначально ТМФЦ будет элитарной площадкой. Расположение в Tashkent City на базе высотных зданий госбанков («Алокабанк», «Асакабанк», «Узпромстройбанк») символично: это инфраструктура для крупных финансовых институтов.

Прогнозы к 2030 году выглядят амбициозно: $20-25 млрд инвестиций, 15 000 высококвалифицированных рабочих мест, обучение 10 000 специалистов. Но цифры говорят сами за себя — речь идет о профессиональной элите.

Для среднего бизнеса и частных инвесторов доступ откроется постепенно, если: • будет развит розничный сегмент финтеха и цифровых активов; • появятся механизмы коллективного инвестирования (фонды, ETF); • снизится порог входа через технологические платформы.

Отчет TheCityUK рекомендует рассмотреть создание SME-рынка и фондового рынка для малого и среднего бизнеса. Это критически важно: без широкой базы ТМФЦ рискует стать «клубом для избранных», а не полноценным финансовым центром.

Есть ли риск, что такие центры формируют параллельную экономику с особыми правилами — и в итоге усиливают неравенство доступа к финансовым инструментам?

ТМФЦ создает двуформатную экономику:

Внутри ТМФЦ Английское общее право Свободный капитал Льготное налогообложение Международные трудовые стандарты Зарплаты в иностранной валюте

Остальной Узбекистан Национальное законодательство Валютный контроль Стандартная налоговая система Национальное трудовое законодательство Сумовые выплаты ​ Такая дихотомия неизбежно усилит неравенство доступа к финансовым инструментам. Резиденты ТМФЦ получат преференции, недоступные остальной экономике. Это создает риск «дренажа талантов» — лучшие специалисты мигрируют в центр, оставляя традиционный сектор без квалифицированных кадров.

Однако есть и позитивный сценарий: ТМФЦ может стать «катализатором реформ» для всей экономики. Как отмечает британский посол в Узбекистане, развитие МФЦ — это «ступень к улучшению делового климата, укреплению верховенства права». Если институты центра будут «просачиваться» в национальную правовую систему, это приведет к общему повышению качества регулирования.

Заключение

Ташкентский международный финансовый центр — проект смелый, но рискованный. Его успех зависит от трех факторов:

1. независимость судебной системы — без реальной автономии от политического влияния центр не получит доверия; 2. качество регулирования — необходим баланс между гибкостью и защитой инвесторов; 3. интеграция с реальной экономикой — ТМФЦ не должен стать «воздушным замком», оторванным от узбекского производственного сектора.

Узбекистан выбрал правильный момент: глобальная геополитическая напряженность создает спрос на альтернативные финансовые хабы. Но конкуренция с Астаной, Дубаем и другими центрами будет жесткой. Преимущество Ташкента — в его исторической роли торгового узла Шелкового пути и близости к богатым природным ресурсам региона. Вопрос в том, сможет ли современный Узбекистан трансформировать это географическое преимущество в финансовое.

Галина Бунич, доктор экономических наук, профессор кафедры Мировая экономика и мировые финансы Факультета МЭО Финансового университета при Правительстве РФ.

#ГалинаБунич #Экономика