Нефтяные поводья

О том, является ли происходящее частным эпизодом или признаком более глубоких изменений, «Актуальные комментарии» поговорили с экспертом по энергетике, автором книги «Нефть и мир» Леонидом Крутаковым.

Выход ОАЭ из отраслевых объединений — это частный случай или начало распада прежней системы регулирования рынка нефти?

— Это не распад, а изменение. Система нефтяного рынка сформировалась не вчера и не с момента создания ОПЕК. Еще когда Техасский железнодорожный комитет установил систему квотирования в Соединенных Штатах, где США добывали больше всех в мире и были главным экспортером, стало понятно: без контроля за добычей невозможно удерживать стабильность на рынке. Сначала действовал Техасский железнодорожный комитет, затем Международный нефтяной картель, позже ОПЕК. Базовый принцип оставался неизменным — необходимо соблюдать паритет добычи и спроса, потому что нефть нельзя «положить на полку».

Объединенные Арабские Эмираты, выйдя из ОПЕК и ОПЕК+, освободив себе руки по добыче и квотам, станут дополнительным клапаном рынка. Через них можно будет влиять и на ОПЕК, и на мировой рынок — путем увеличения или сокращения добычи. Если раньше это требовало консолидированного решения, то теперь такие действия смогут осуществляться в текущем режиме.

Если координация добычи ослабнет, насколько сильно могут просесть цены на нефть?

— Это не столько вопрос рынка, сколько политический вопрос, прежде всего связанный с Соединенными Штатами Америки. Нефть — это первичная стоимость, на ней строится вся мировая экономика. С одной стороны, необходимо обеспечить инвестиционную привлекательность отрасли, чтобы цена была достаточно высокой для реинвестирования в новые проекты добычи. С другой стороны, нельзя допускать чрезмерного роста цен, поскольку это может привести к глобальной рецессии.

Таким образом, цена на нефть всегда была политической конструкцией. Предсказать, насколько она может упасть, невозможно без понимания того, кто будет определять политику добычи в Объединенных Арабских Эмиратах — сами шейхи или решения будут приниматься в Белом доме. В истории уже были примеры, когда цена резко менялась в результате политических договоренностей: после кризиса 1980-х Саудовская Аравия сократила добычу почти в пять раз, чтобы удержать цены, затем договорилась с США и резко нарастила добычу, что привело к обрушению цен, несмотря на соглашения с ОПЕК.

Какие риски это создает для российского бюджета и экспорта?

— Ранее Советский Союз находился в двойственном положении: ему была нужна дорогая нефть для экспорта и дешевая внутри страны, поскольку экономика была индустриально развитой и энергозатратной. Сейчас ситуация изменилась — мы перешли в состояние полной зависимости от экспорта сырья, а не промышленного производства.

Ключи от рынка не находятся в руках ОПЕК — по-настоящему они там никогда и не были. Это означает, что судьба российской экономики во многом зависит от тех, кто устанавливает правила на этом рынке.

Есть ли у России инструменты, чтобы компенсировать возможную волатильность рынка?

— Фактически есть только один способ — выйти из текущей логики и перестать быть экспортоориентированной страной. Это сложно, затратно и сопряжено с серьезными потерями, но речь идет о том, что называется импортозамещением. В свое время подобная политика проводилась в СССР в рамках индустриализации — на Западе это называли ускоренным импортозамещением.

Сегодня мы формально используем тот же термин, но по-прежнему остаемся страной, ориентированной на экспорт сырья и движущейся по инерционному сценарию. В ресурсном и энергетическом плане мы — сверхдержава, но в части проектирования будущего и создания новых индустрий находимся во втором ряду.

С текущей долей на рынке, условиями и возможностями Россия не может диктовать правила, тем более находясь в рамках ОПЕК+, где связана коллективными обязательствами. Теоретически выход из ОПЕК+ мог бы открыть пространство для контригры и новых договоренностей — например, по условиям поставок и ценам. Однако в рамках существующей логики у России таких инструментов нет: она остается вторичным игроком.

Ситуация может измениться только в том случае, если страна действительно начнет реализовывать масштабную политику импортозамещения и восстанавливать промышленную структуру. Тогда энергетический потенциал сможет быть преобразован в реальное экономическое преимущество.

Леонид Крутаков, эксперт по энергетике, автор книги «Нефть и мир».