«Ливанские» разговоры
14 апреля израильская и ливанская делегации встретились в Вашингтоне, чтобы обсудить продолжающиеся боевые действия в регионе и найти «совместное решение спорных вопросов». Встреча стала первой с 1993 года, когда дипломаты двух стран оказались лицом к лицу — американские посредники играли скорее протокольную роль, и в процесс прений почти не вмешивались.
К удивлению многих, разговор завершился на позитивной ноте. Бейрут и Западный Иерусалим обменялись теплыми репликами и пообещали «продолжить продуктивное взаимодействие»; в том числе совместно добиваться добровольного разоружения «Хезболлы» и других неправительственных вооруженных группировок и милиций. Удалось достичь и кулуарной договоренности о прекращении ударов израильской авиации по территориям, находящимся за пределами ливанской реки Литани. Таким образом, география операции «Рев Ворона», которую проводит еврейское государство, будет ограничена рамками Южного Ливана.
При этом важно понимать, что нынешние встречи не тождественны долгосрочному урегулированию и налаживанию дипломатических отношений в духе «Соглашений Авраама». Бейрут и Западный Иерусалим по-прежнему относятся друг к другу с подозрением — да и израильтяне особо не скрывают, что готовы будут в одностороннем порядке аннулировать взятые на себя обязательства (то есть вернуться к ударам по центральной части Ливана), если того потребует оперативная обстановка.
В самом Ливане переговоры воспринимают скорее с пораженческих позиций. В первую очередь, потому что официальный Бейрут — хоть и выторговал спокойствие для большей части страны — поставил под угрозу безопасность жителей приграничных районов. С учетом общей плотности населения на юге (включая примыкающие к реке Литани поселения), число потенциальных беженцев с юга превысит 800 тысяч человек — а это каждый седьмой житель арабской республики. При этом «зачищенная» от фортификаций «Хезболлы» территория станет частью «зоны безопасности» и де-факто перейдет под оперативное управление Израиля, что также не находит понимания у арабской улицы.
Наконец, столь открытый вызов «Хезболле», брошенный центральными властями, не добавит популярности нынешнему кабинету внутри страны. Даже с учетом характерных для этих мест трений между шиитами и другими конфессиями, «Хезболла» остается важным игроком политической системы Ливана и способна влиять на его стабильность. В случае изоляции «шиитского полюса» возрастает риск внутриполитической напряженности, что чревато постепенным скатыванием страны в гражданскую войну.
Почему же правительство Жозефа Ауна согласилось на такой проигрышный шаг? Все дело в обязательствах перед США. Вашингтон уже не первый месяц давит на Бейрут с требованием «как можно скорее» разоружить «Хезболлу» и обеспечить сглаживание конфликта с Израилем — однако, по ряду причин сделать это ливанцы не могли. Это провоцировало разногласие между союзниками — вплоть до угроз Дональда Трампа «наказать ливанцев» санкциями и свертыванием союзнической помощи.
Теперь же, когда переговоры США с Ираном застопорились из-за разногласий вокруг Ливана, Бейрут пошел на публичное «замирение» с Западным Иерусалимом и таким образом создал видимость единой линию против «Хезболлы». Это позволило на какое-то время успокоить Штаты и показать им, что работа над решением проблемы ведется.
Впрочем, реальному урегулированию кризиса это вряд ли поможет. «Хезболла» не участвует в переговорах и воспринимает их как «ненужный шум». Более того, ливанские шииты наращивают плотность обстрелов северных территорий Израиля, что провоцирует дополнительную нервозность в истеблишменте еврейского государства и фактически обнуляет дивиденды от недавних переговоров.
Леонид Цуканов, кандидат политических наук, эксперт Российского совета по международным делам.