Russkij Mir
История в режиме обновления
· Борис Межуев · Quelle
В новых школьных учебниках по истории будет расширен раздел о причинах специальной военной операции, а курс новейшей истории продлят вплоть до встречи президентов России и США в Анкоридже. Насколько корректно включать в школьную программу события новейшей истории и СВО, «Актуальным комментариям» рассказал политолог, доцент философского факультета МГУ имени М.
В. Ломоносова Борис Межуев.
— Логика такого решения понятна. Его цель — дать школьникам представление о ходе нынешних событий, о которых они и так уже знают. Но я думаю, что это ошибочное решение, потому что к тому моменту, когда они дойдут до конца школьного курса истории, ситуация в любом случае изменится — возможно, США с нами поссорятся, СВО завершится перемирием, а в Киеве может произойти революция. И тогда учебники придётся переписывать.
Решение расширить раздел о причинах спецоперации и включить в учебники встречу в Анкоридже может быть вызвано вопросами, которые задают сами учащиеся по поводу характера внешнеполитических событий, и их желанием получить от учителей чёткие и недвусмысленные ответы. Мы сами, когда учились в советские годы, задавали учителям неудобные вопросы. Для учителя, который не знает, что ответить, это психологически тяжело. Например, вопрос о сталинских репрессиях: вроде бы их осуждали, но находились и те, кто оправдывал. Когда учителей спрашивали, правильно ли расстреляли Бухарина, они оказывались в сложном положении. Тогда, в 1986 году, реабилитация Бухарина еще не произошла. С другой стороны, уже тогда было понятно, что оправдывать его расстрел тяжело.
Сейчас учителя, скорее всего, также затрудняются отвечать на вопросы школьников о том, как относиться к «духу Анкориджа» и к переговорам. Вероятно, именно учителя и порекомендовали прописать это в учебниках. Идея понятна, но, к сожалению, это закончится тем, что учебники неизбежно будут снова переписаны, когда прояснится то, что до сих пор не ясно, а когда станет ясно, придётся поменять акценты. Делать из Анкориджа какой-то финал нашей истории было бы, конечно, опрометчиво. Неизвестно, как изменятся отношения России и США, будем ли мы продолжать дружить. Возможно, отношения приобретут характер партнёрства, на фоне которого Анкоридж покажется проходной датой. А может быть, наоборот, мы снова вступим в конфликт, и Анкоридж станет чем-то малозначимым, как, например, встреча Байдена и Путина в Женеве.
Каким именно будет содержание учебников? Эту работу курирует помощник президента Владимир Мединский, который лично участвовал в переговорах, при участии Министерства просвещения. Главным инициатором и идеологом подобных изменений, безусловно, является Владимир Ростиславович.
Борис Межуев, политолог, доцент философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.