Aktualjnie Kommentarii

Протестантская этика ЦБ

· Василий Колташов · Quelle

Auf X teilen
> Auf LinkedIn teilen
Auf WhatsApp teilen
Auf Facebook teilen
Per E-Mail senden
Auf Telegram teilen
Spendier mir einen Kaffee

В пятницу, 24 апреля, состоится заседание Совета директоров Центробанка, на котором будет принято решение по ключевой ставке. О том, какие факторы сейчас реально определяют решение по ставке и насколько решения ЦБ в текущей ситуации можно считать независимыми, «Актуальные комментарии» поговорили с директором Института нового общества Василием Колташовым.

Какие факторы сейчас реально определяют решение по ставке — инфляция, курс, бюджет или необходимость поддерживать банковскую систему?

— Важное значение для ставки Центрального банка России имеет вовсе не инфляция. Инфляция гораздо больше зависит от курса рубля, но Центральный банк последние несколько лет очень редко и крайне аккуратно высказывался по курсу рубля. Поэтому остаётся иное — это побуждение к накоплению после того, как мы пережили несколько волн потребительского и иного кредитования, после того, как разрослась масса граждан, которые имеют долги перед микрофинансовыми организациями и коммерческими банками. При этом правительственные военные расходы сейчас большие, и денег в экономику вливается очень много. Нужно, чтобы эти деньги в первую очередь аккумулировались на депозитах, а потом уходили на покупки, прежде всего недвижимости.

И это как раз и является главным, на что ориентируется, на мой взгляд, Центральный банк: на повышение накоплений и вместе с этим, кстати, приучение людей сберегать, формировать собственные денежные запасы, чтобы использовать их на покупку недвижимости. Отсюда во многом застой на рынке недвижимости, на который Центробанк вполне сознательно пошёл, повышая ставку.

Проводимая ныне политика во многом похожа на ту, которую проводили американские власти во время Второй мировой войны, когда они ограничивали потребление населения в военный период, чтобы люди могли накопить средства. Потом это привело к буму на рынке жилья. И у нас ситуация примерно такая же: Центральный банк хочет, чтобы люди, в первую очередь имея значительные денежные поступления, покупали недвижимость. А для этого предварительно они должны накопить средства, что невозможно сделать при низкой ставке, тем более в условиях, когда люди с большим недоверием относятся к ставке, которая не перекрывает инфляцию. Граждане хотят, чтобы ставка перекрывала инфляцию, в том числе значительно перекрывала ее в квадратных метрах, то есть рост цен на жилую площадь. Доверие к рублю, к депозитам, рост склонности к сбережению действительно сложилось в последнее время. При этом важно понимать: склонность к сбережению — не автоматическое свойство человека. Люди могут вести себя иначе, что и демонстрировалось у нас ранее, когда они много тратили, много занимали и не умели копить.

Почему регулятор не спешит со снижением ставки?

— Центральный банк формирует новое мировоззрение протестантского накопителя, а не французского аристократа, который занимает и тратит. Неважно, какие у него доходы, важно тратить. Вместо этого приходит протестантский тип поведения (разумеется, ничего религиозного здесь нет), следовательно, нельзя резко снижать ставку. Потому что в этом случае люди могут начать нервничать, искать более доходные активы, какие-то товары, в которых можно спрятать деньги. Может начаться волнение. У нас было много периодов такого волнения, в частности, когда сметали автомобили и недвижимость в истерической манере. Рынку нужен не истеричный покупатель, а человек, который верит в то, что деньги, положенные на депозит, прирастают, а не убывают. И, прирастая, они обеспечивают возможность покупать больше в дальнейшем, прежде всего недвижимость.

Насколько решения ЦБ в текущей ситуации можно считать независимыми, или политический контур стал определяющим? Насколько открытая критика Путина в адрес экономического блока правительства и ЦБ сейчас будет влиять на ставку?

— ЦБ независим от правительства, но подчиняется президенту, при этом устроен таким образом, чтобы отвечать интересам коммерческих банков, и он выступает для них кредитором — гораздо больше, чем для правительства. Изначально центральные банки возникли для кредитования правительства, особенно в период войны. Конкретные примеры: Банк Англии, Банк Франции.

Но в наших, современных условиях всё несколько иначе. Это гибридная модель. С одной стороны, это государственный центральный банк, и он правительству не должен подчиняться, но подчиняется президенту, если нужно. Центральный банк — гибридная модель, потому что он сконструирован ещё и в рамках неолиберальной финансовой системы. Таким образом он работает и на интересы коммерческих банков.

Но поскольку президент отвечает за экономическую политику государства в целом, снижение ставки будет происходить неизбежно. Особенно после того, как Владимир Путин сказал, что экономике нужно вернуть устойчивый рост. Устойчивый рост можно вернуть только дав экономике кредит.

Высокая ставка ЦБ не запрещала коммерческим банкам выдавать предприятиям кредиты, допустим, под 4–5% годовых. Не обязательно выдавать их выше ставки ЦБ. Но коммерческие банки вели себя так, что ориентировались скорее на ЦБ, на его ставку. Эта ситуация изменится: центральный банк будет снижать ставку и постепенно делать кредитование более доступным.

Что означает текущий уровень ставки для обычного человека: это окно возможностей для вкладов, сигнал о системных рисках в экономике, что-то еще?

— Высокая ставка Центрального банка, сохраняющаяся в последнее время и даже на весь 2026 год, впервые даёт обычному гражданину возможность копить в квадратных метрах. В прежние годы мы наблюдали очень неприятную ситуацию, когда недвижимость дорожала на 20% в год, и ни один депозит не мог перекрыть эту инфляцию — инфляцию в квадратных метрах. Депозитами перекрывалась только официальная инфляция. Но людям деньги нужно копить в первую очередь для первоначального взноса при покупке недвижимости, в частности при использовании ипотеки.

Ранее это было затруднительно, а благодаря политике высокой ставки Центрального банка впервые стало возможным. Впервые началось успокоение тех, кто склонен к накоплению, и особенно нервничают те, кто привык думать, что главное — не копить, а покупать. В частности, если нужна недвижимость, идти и покупать её, а кредит дают под космический процент на космический срок. Но это представление терпит крах, так как выясняется, что недвижимость не будет дорожать, как раньше, и есть смысл копить для её приобретения.

Обратной стороной этой политики является обнаружение отраслевого кризиса на рынке жилья и в строительном секторе. Но этот кризис может уйти, если рубль укрепится дальше, потому что у застройщиков резко уменьшатся издержки, либо эти издержки перестанут повышаться, и текущая цена окажется для них более чем комфортной — она вырастет в долларах, но в рублях не изменится. Следовательно, это действует успокаивающе. С другой стороны, те, кто копит в рублях, вполне удовлетворены текущим положением: они накопят и купят то, что им нужно.

Василий Колташов, директор Института нового общества.