Всех вылечим

О том, как государству реагировать на такую цифровую вовлечённость и где проходит граница регулирования, мы поговорили с депутатом Госдумы, членом комиссии по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела РФ Олегом Матвейчевым.

Подростки воспринимают интернет как базовую среду жизни. Готово ли государство к такому уровню зависимости?

— Это серьезная проблема, что подростки воспринимают интернет как базовую среду жизни. Это упущение со стороны родителей, школы и общества в целом. Интернет должен восприниматься как потенциально опасная среда. Не дружественная, а враждебная. Выход в интернет — это примерно то же самое, что выйти в шторм в море или отправиться в лес, полный хищников. Помните, в детстве мы, советские люди, читали Корнея Чуковского: «Не ходите, дети, в Африку гулять, в Африке акулы, в Африке гориллы, злые крокодилы будут вас кусать, бить и обижать». И каждый ребенок в 4–5 лет это прочитывал, искренне боялся Африки. А в произведении мальчик и девочка не послушали родителей, убежали в Африку, и с ними случились ужасы. Все дети усвоили, что так делать нельзя. Точно так же каждый должен знать про интернет: это среда обмана, мошенничества и манипуляции, несущая риски для жизни. Только сегодня блогер Илья Ремесло оказался в психиатрической клинике. Был нормальным человеком. Интернет свел его с ума. И если это возможно с одним человеком, то же можно сделать с миллионами. Сейчас искусственный интеллект дает возможность воздействовать на людей массово, под каждого разрабатывая отдельную программу, сводя с ума целые группы населения. Поэтому интернет — это очень опасно. И этот факт должен выучить каждый ребенок и каждый учитель в школе. Это должно стать базовой установкой. Необходимо объяснить всем, насколько это серьезно.

Должны появиться лечебные программы от интернет-зависимости. Нужно, чтобы доктора, психиатры, психологи не просто констатировали существование такой зависимости, но и разрабатывали схемы лечения, препараты и разнообразные методики, включая не только фармакологические, но и иные способы воздействия для преодоления интернет-зависимости и ее последствий. Это вызов для нашей медицины, психиатрии и смежных областей. Мы обязаны этим заниматься. Министерство здравоохранения должно дать соответствующие поручения научному сообществу, чтобы эта работа велась не стихийно, по инициативе только общественников, а на системной основе. Так же, как с приходом ковида все срочно начали создавать лекарства, точно так же необходимо в базовом порядке приступить к лечению интернет-зависимости, как мы лечим людей от наркомании или алкоголизма. Существуют же протоколы лечения. Вот точно так же должны быть созданы протоколы лечения от интернет-зависимости.

Среди мессенджеров фактическим лидером оказался Telegram. Почему? Это про функциональность, свободу или отсутствие альтернатив?

— Через Telegram у нас действовали мошенники, которые похитили у граждан 300 миллиардов рублей. Это означает, что половина Украины год жила на эти деньги, на средства наших пенсионеров и других обманутых людей. Плюс к этому через Telegram шла и ежедневно идет вербовка людей для совершения терактов. Каждый день, как заявил Патрушев, мы задерживаем подростков, которые пытаются что-то взорвать. Это тоже ущерб на миллиарды рублей. То есть наличие Telegram в нашей стране обходится нам в чистые убытки в сотни миллиардов рублей. А тут приходят люди и заявляют: у меня там 10 тысяч подписчиков, дайте мне право и свободу. О чем вообще речь? С помощью этого Telegram людей превращают в биодронов, сводят с ума, выманивают деньги. Мы говорили и продолжаем говорить на протяжении нескольких лет владельцам Telegram: будьте патриотами своей страны, прекратите доступ к всевозможным деструктивным сервисам, переведите Telegram в Россию. Но Дуров, оправдывая свою фамилию, решил стать предателем, решил стать Власовым. Поэтому, раз он не выполняет российские законы, он будет наказан. И Telegram не будет.

Почему даже подростки, использующие интернет для учебы, негативно относятся к блокировкам различных ресурсов? Это вопрос удобства или недоверия?

— Когда человек негативно относится к блокировкам, в том числе опасных ресурсов, это уже свидетельство зависимости. Это уже симптом определенного недуга — такое негативное отношение. Потому что нормальный здоровый человек жил 10 лет без Telegram и сейчас сможет жить. Для него ничего не должно измениться. Если же он не может есть и испытывает ломку, то это уже плохо.

Где проходит граница между разумной регуляцией и риском потерять контакт с целым поколением?

— Никакого риска потерять поколение нет. Все говорили, что в 2022 году случится катастрофа, когда уйдут Instagram*, Facebook* и все остальное. Сейчас никто уже не помнит ни Facebook*, ни Instagram*. Сейчас нам снова грозят, что все уйдут в методы обхода блокировок, что все равно будут пользоваться, и мы потеряем поколение. Поверьте, через пять лет никто не вспомнит ни про какой Telegram. Вот и все. Не волнуйтесь за наше поколение. Всех вылечим.

* Деятельность Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в России как экстремистская.

Олег Матвейчев, член комиссии Госдумы по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России.