Russkij Mir
Доказательства для иноагентов
· Олег Матвейчев · Quelle
Глава Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина высказала предложение публиковать доказательства в отношении деятельности граждан РФ, признанных иноагентами и внесенных в перечень Минюста. Повысит ли это доверие общества к решениям властей или, наоборот, усилит сомнения и споры, «Актуальным комментариям» рассказал депутат Госдумы, член комиссии нижней палаты парламента по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России Олег Матвейчев.
Минюст — это не суд. Он не обязан заниматься доказательствами. Если какому-то иноагенту не нравится его статус, он может подавать в суд, который и будет работать с доказательствами. Минюст будет отстаивать свою позицию и приводить свои аргументы, а иноагент — соответственно, свою позицию, аргументы и доказательства, если они у него есть или если он имеет козыри.
Более того, судья в определенных случаях имеет право сделать процесс закрытым или открытым в зависимости от того, затрагиваются ли вопросы государственной тайны или, например, общественной безопасности. Некоторые вещи в принципе не могут быть публичными, в том числе и у некоторых иноагентов.
Скорее всего, многие из признанных иноагентов сами не заинтересованы в публикации компрометирующих их материалов Минюстом, поэтому Мизулиной стоит сначала спросить именно у них. Большинство из них в суды не подают — видимо, потому что они не очень хотят, чтобы информация о них всплывала публично. Так что в целом предложение Мизулиной популистское.
Что касается вопроса о том, повысит ли публикация доказательств деятельности иноагентов доверие к власти, то те, кто властям не верит, все равно останутся при своем мнении, даже если завалить их такими ежедневными публикациями. Тех же, кто доверяет власти, их и сейчас все устраивает, а выводить каждый судебный процесс в виде публичных трансляций в интернете — это совершенно неправильный метод, у нас и так много всяких умников пытаются вершить самосуд (суд Линча), апеллируют к некомпетентным людям, манипулируя ими, и устраивают всякие кампании вместо настоящих нормальных судебных процессов, где должны работать юристы и профессионалы. Я уверен, что общество не заинтересовано в таких манипуляциях, потому что суды в таком случае превратятся в медийные кампании, а не профессиональный юридический разбор.
Риски того, что под давлением окажутся люди, чья вина не доказана, есть всегда в любом обществе, но для этого опять-таки существуют суды, кассационные инстанции, апелляционные инстанции. Человек может доказывать в этих судах правду.
Принцип презумпции невиновности нельзя трактовать расширительно. Любой, кто против другого человека выдвигает хоть какие-то обвинения, будь то государство или частное лицо, нарушает тем самым презумпцию невиновности просто потому, что он другого человека уже называет виноватым. Другое дело, что дальше уже происходит доказательный процесс. Поэтому здесь продолжают действовать юридические механизмы. Минюст не отказывается идти в суды, а, наоборот, утверждает, что если надо, то мы готовы защищать свою позицию, то есть презумпция прекрасно работает. Есть прецеденты, когда с иноагента снимали такой статус — это означает, что если человек не удовлетворяет условиям статуса иноагента, то этот статус может быть с него снят.
Олег Матвейчев, член комиссии Госдумы по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России.